Государственный институт расовой биологии в Швеции
1 av 2
Измерение черепа у шведских саамов. Foto: Pressens bild/ Scanpix
Расовая биология в Швеции
2 av 2
Упсальский институт вернул 10 черепов, найденных при раскопках в 1880-е годы и использовавшихся в расово-биологических целях. Foto: Stefan Hesserud Persson/ Sveriges Radio

Институт расовой биологии

Первый в мире Институт расовой биологии шведский
27 min

Швеция была первой страной в мире, где возник Государственный институт расовой биологии. Идея пришла не из Германии. Решение о создании такого института было принято шведским Риксдагом в 1921 году.

В сегодняшней передаче из цикла "Рассказы из шведской истории" мы поведаем вам об одном шведском учреждении, о котором сведений не имеется почти никаких в шведских справочниках и энциклопедиях, даже в самой последней и представительной - Национальной энциклопедии.
Чтобы добраться до сути - надо уже достаточно много знать вокруг и через одно единственное имя - Герман Лундборг - или через слово "евгеника" выйти на очень глухие сведения, по сути лишь название, которое так упорно искал: Институт расовой биологии.

А ведь Швеция была первой страной в мире, где такой государственный институт возник. И идея пришла не из Германии. Когда шведским риксдагом было принято решение о создании этого института - Национал-социалистическая рабочая партия Германии, фюрером которой стал Гитлер, существовала лишь немногим более года где-то в Баварии и составляла от силы тысячу членов.

Борьба за чистоту расы развернулась здесь, на севере Европы, вполне самостоятельно, и эту работу призван был направлять в Швеции Институт расовой биологии. Открылся он ровно 80 лет назад, наша передача посвящена юбилею события.

В мае 1921-го года в шведском риксдаге прошло голосование по поводу законопроекта. Он был представлен членами риксдага от социал-демократической рабочей партии и Крестьянского союза, а также подписан лидером социал-демократов премьер-министром Швеции Яльмаром Брантингом и лидером оппозиционной правой партии Арвидом Линдманом.
В проекте предлагалось учредить государственный Институт расовой биологии. Голосование прошло гладко, закон был принят риксдагом почти единогласно. Завидное единство.
И в начале 1922-го года в Упсале институт этот был открыт, его возглавил Герман Лундборг, первый в мире профессор расовой биологии.
Идея создания института была поддержана и сильными в то время в Швеции либералами. Депутат риксдага от либеральной партии Юхан Йонссон мотивировал необходимость так:

"Такие нации как наша имеют как право, так и обязанность защищать себя от размножения тех индивидов и их родов, которым с самого начала предопределением назначены тюрьма, сумасшедший дом и учреждения для идиотов."

Шведская раса (а слова народ и раса тогда часто употребляли как синонимы) - шведская раса считалась в то время чрезвычайно чистой, могущей служить образцом германской расы. Швеция находилась в стороне от континента, а соответственно от скрещения европейских дорог и интересов, где нации поневоле смешивались. Например, шведам, жившим в Финляндии, где расовые акценты были выражены сильнее, чем в Швеции, поборники чистоты расы советовали отказаться от браков не только с финами, но и с немцами из-за значительной примеси славянской, еврейской и кельтской крови, особенно в Северной Германии.
О чистоте шведской расы много тогда говорилось. Вот в социал-демократической газете "Арбетет" читаем, пишет ее главный редактор Артур Энгберг, 1921-й год:

"Нам посчастливилось иметь расу, которая еще довольно нетронутая, расу, которая является носителем очень высоких и очень хороших качеств."

Об отменной чистоте так называемой нордической расы высказывались и зарубежные ученые, начиная с французских социологов 19-го века, основоположников нордизма.
Впоследствии нордизм был взят на вооружение нацистской Германией. Нордическая раса уникальна, она сохранилась в наиболее чистом виде среди аристократии германских народов, этой расе высокорослых длинноголовых блондинов с голубыми глазами человечество обязано всеми достижениями цивилизации. Но это позже, а в годы перед и после первой мировой войны похвалы в адрес чистой шведской расы шведам конечно льстили. И Артур Энгберг, которого мы процитировали, - никакой не расист, он просто выражал взгляды, которые были очень распространены тогда в Швеции.

На посту редактора газеты "Арбетет" Энгберга сменил Аллан Фокт, который в своей брошюре "Расовая биология и социализм" в 25-ом году пишет так:

"Нордическая раса ценнее, чем негритянская, и этому имеется множество причин. Вклад нордической расы в мировую культуру неизмеримо больше. Но негритянская раса приспособлена к своим жизненным условиям, так же как нордическая - к своим."

Аллан Фокт тоже не был экстремистом. Многие годы он продолжал редактировать старейшую газету социал-демократов "Арбетет", а потом стал министром обороны Швеции.

О том, насколько идеи сохранения и защиты расовой чистоты шведского народа были обычными в то время, говорит и запись в программе Крестьянского союза Швеции. Крестьянский союз - это крупная парламентская партия Швеции, теперь называется Партия центра. В стратегическом документе Крестьянского союза - программе, принятой в 1933-ем году, под пунктом 4 читаем:

"В качестве национальной задачи выступает на первый план сохранение шведского народа, защита его от смешивания с другими инородными расовыми элементами меньшей ценности и противодействие переселению в Швецию нежелательных здесь инородцев. Сохранение и усиление человеческого материала - это жизненный вопрос для развития нашей нации."

Страх вырождения был очень заметным феноменом европейской культуры конца 19-го - первых десятилетий 20-го века. Приток сельского населения в города и урбанизация жизни стали причиной того, что создавалось ложное впечатление, будто больше стало умственно неполноценных. Раньше они были на попечении семьи или местной общины, а теперь начинали зависеть от государства и бюрократии и попадать в статистические отчеты. Процесс создания в Швеции государства всеобщего благоденствия сделал эту зависимость еще более очевидной.

Интересна фигура человека, стоявшего у кормила работы по исследованию и улучшению расово-гигиенического состояния населения Швеции.
Не вызывало сомнений, что главой нового института расовой биологии будет Герман Лундборг. Это потому, что он к тому времени занимался вопросами исследования человеческих рас дольше и глубже, чем другие ученые.
Международная известность пришла к нему в связи с защитой им докторской диссертации в 1911-ом году. Это был фундаментальный труд, семь килограммов весом.
В результате множества интервью, исследований церковных книг и других документов Герман Лундборг изучил в деталях и обобщил историю одного рода, жившего в шведской провинции Блекинге. Лундборг проследил эту историю на отрезке времени в несколько сот лет.
Этот род, поначалу пользовавшийся хорошей репутацией, в течение жизни многих поколений постепенно деградировал социально и умственно, подтачиваемый врожденной эпилепсией и браками с нежелательными элементами, и в конце-концов - дурная слава, проституция, нищета.
Диссертация Лундборга была опубликована в двух больших томах и переведена на иностранные языки. Это, как и другие исследования Лундборга и иных расовых биологов, было легче провести в Швеции, чем в большинстве других странах, по причине старейшей шведской традиции вести церковные книги, где тщательно отмечалось гражданское состояние и важнейшие события в жизни прихожан.

Герман Лундборг становится сотрудником Упсальского университета, занимается наследственностью и расовой биологией. Он выступает против смешивания рас, несущего, по его мнению, лишь беды народному здоровью. Свою научную работу он ведет и в Лапландии, где живет среди местных лопарей или саамов. Они интересуют его потому, что всегда жили в районе скрещения финского и скандинавского, или нордического, влияний, где представители разных народностей смешивались.
Лундборг изучал этот феномен, проводя много летних месяцев у границы с Норвегией и Финляндией, где у него был свой чум. То есть он был подвижником идеи.
Он выпускает целый ряд книг, они публикуются массовыми тиражами, со множеством иллюстраций.
В 1919-ом году выпускает роскошную книгу "Шведские народные типы". В этом фолианте с золотым обрезом предсталены "согласно принципам расовой биологии" несколько сот различных типичных и нетипичных шведов, положительные образцы и устрашающие экземпляры. В этой книге можно также прочитать следующее:

"Шведский народ от природы одарён больше, чем другие. Культура на высоте. Человеческий материал хорош, германские (или нордические) свойства сильнее, чем в любой другой стране. Мы несказанно благодарны за эти преимущества, ибо они помогут нам выстоять, сопротивляясь напору как внутренней, так и внешней чужой породы."

Лундборг был уверен, что в задачу государства входит оказать это сопротивление. Государство должно воспрепятствовать рождаемости "плохого человеческого материала" - умственно недалеких, неполноценных, асоциальных, склонных к преступлениям людей, а также тех кто не принадлежит к нации с вышеизложенными замечательными качествами.

Такой человек встал во главе института, учрежденного в Швеции высшим органом государственной власти и начавшего существовать на государственные средства. Работа института должна была концентрироваться на вопросах расовой гигиены.

Шведы забыли было о том, что такое в королевстве когда-то было. Однако напомнил всем - да-да, было - профессор Лундского университета Гуннар Броберг. В конце 80-ых - начале 90-ых годов он опубликовал несколько работ, изложив на основании богатых данных архива Института расовой биологии эту историю целиком, а также связанную с ней генетически трагическую историю евгенической стерилизации в Швеции.
И хотя Национальная шведская энциклопедия и не решилась поместить подготовленную им статью об Институте расовой биологии, всё же книги Броберга дали толчок дискуссии 90-х годов о вине шведского государства перед своими гражданами и об экономическом возмещении ущерба тем людям, которые подверглись насильственной стерилизации в Швеции. Профессор Гуннар Броберг принимает участие в нашей передаче.

Почему же именно Швеция явилась той страной, где впервые в мире открылось такое государственное учреждение - Институт расовой биологии?

- Отчасти потому, - отвечает профессор Броберг, - что естествознание в Швеции было хорошо развито. Шведские прочные традиции в биологической науке берут начало с Карла Линнея, который впервые разделил человечество на расы. Затем в 19-ом веке шведский ученый Густав Рециус изобрел методу обмеров человека, введя понятие "индекс черепа". А в начале 20-го века возникла новая ситуация в науке, подули новые ветра.

 - Явились новые мысли, особенно в генетике, связанные с возрождением имени и учения Менделя, отца теории наследственности. Именно в 1900-ом году его учение в опытах сразу нескольких ученых разных стран подтвердилось и обещало очень многое, определяя взгляд на человека вообще в новом веке. И к тому же в Швеции, как и во всей Скандинавии, была в то время уверенность, что при помощи науки, естествознания можно строить страну и ее будущее. В науку тогда свято здесь верили.

Но организован был Институт расовой биологии в Швеции при социал-демократическом правительстве. И вообще социал-демократы сыграли во всей этой истории видную роль.
Все три первых премьер-министра Швеции - социал-демократы - это Брантинг, Ханссон и Эрландер - приложили руку: последние двое - во второй серии истории - введении законов о стерилизации в стране. Не является ли ключом ко всем этим событиям ход мысли, который свойственен именно социал-демократам, как часто теперь утверждается?

 - Так заявляют. Делают это в полемике с представлением, что идеи расовой биологии были типичными для консерваторов, для правых. Нельзя, мне кажется, - говорит Гуннар Броберг, - так просто навесить политические ярлыки на расовую биологию. Идея была растворена везде, во всех политических лагерях, в большей или меньшей степени.

 - Но более всего она была связана с верой в науку, так сказать. Тогда наиболее прогрессивными были социал-демократы и либералы, они и двигали сильнее других вопросы расовой биологии в Швеции.

В других странах происходили близкие процессы распространения этих идей: в США например, в Советском Союзе. Разумеется нельзя сравнивать Швецию и Германию, где началось всё примерно одновременно. Нельзя сравнивать то, во что вылились на практике в этих двух странах идеи расовой биологии и гигиены. Однако есть одно сходство.

 - И это сходство - общая вера в начале в то, что можно очистить, спасти, облагородить целый народ. Не отдельных индивидов, а целый народ.
Интересно также наблюдать, как большинство ученых, занимавшихся расовой биологией в Швеции, воспротивились тому, какое развитие она получила в Германии. А некоторые наоборот, как в случае с Германом Лундборгом, первым директором шведского Института расовой биологии, поддержали в тридцатых годах нацистов, обменивались опытом, и Лундборг даже стал в 1936-ом году почетным доктором в Германии, в университетском городе Хайдельберг.

 Но мы возвращаемся в Швецию, в 1922-й год. С чего же начал свою работу государственный Институт расовой биологии? И каковы основные его достижения?

- Обещания были большими, - рассказывает профессор Гуннар Броберг.
- Было обещано навести порядок в том смысле, что будет учтено - кто здесь живет, какие болезни имеются и так далее. К тому же ожидалась от его деятельности экономическая выгода. Ведь господствовало мнение, что нация дегенерирует, что психические болезни всё больше здесь распространяются. Что если ничего не делать - придет конец. И институт начал инвентаризацию населения.

В Упсале, прямо возле домского собора, крупнейшего в Скандинавии, находилось просторное здание института. И оттуда направлялась деятельность, развернувшаяся по всей стране. Нужно было произвести тщательный осмотр населения, установить, в каком состоянии сейчас находится шведская раса, и определить, где проживают наиболее чистые, нетронутые, а значит здоровые элементы этой расы. С тем чтобы с этими данными на руках можно было уже выработать методы: каким образом поощрять наиболее ценный человеческий материал к усиленному деторождению, а малоценному воспрепятствовать это делать.
Научные патрули Германа Лундборга обмеряли и взвешивали сотни тысяч жителей страны на территории от самых северных саамских селений Лапландии до южной провинции Сконе.
Измерялись тела, руки, ноги, черепа, глаза, носы при помощи специально изготовленных для этого инструментов. Люди фотографировались в разных ракурсах, нагими и одетами. Тысячи фотографий собирались и складывались в архиве в Упсале.
Часть этого колоссального материала публиковалась в роскошных богато иллюстрированных книгах под названием "Расовый характер шведской нации".
Множество карт и детальных диаграмм показывает читателю, как распространены по территории Швеции люди с высокими и низкими черепами, как в разных провинциях и районах страны варьируется у жителей длина ног и рук, как цвет волос зависит от местности, где живет человек, и его классовой принадлежности.
Абсолютно средний рост жителя Швеции - 172 сантиметра 23 миллиметра, средняя длина типичной шведской руки - 78 сантиметров 46 миллиметров, ноги - 92 сантиметра 2 миллиметра.
Таблицы показывают, что у 86-ти и 9-ти десятых процента шведов - светлые глаза, у 62-х с половиной процентов - светлокоричневые волосы, а черный цвет волос имеется у почти незаметно малой части населения в две десятых процента. Выяснилось, что больше всего длинноголовых - это или крестьяне, или недавние выходцы из сельской местности, у них же - самые длинные ноги.
Ученые Института расовой биологии вынуждены были констатировать, что "чистая шведская раса" испытывает тенденцию к смешиванию в большинстве районов страны, однако меньше всего эта тенденция проявляется в сельских районах центральной Швеции, а особенно в провинции Даларна. Хотя и там была обнаружена группа с признаками азиатского происхождения.
Не путать с саамскими или цыганскими примесями, ибо сведения о людях с таковыми были помещены отдельно.
Фотографии чистых шведов - офицеров, крестьянских девушек в приятной обстановке - помещены рядом с фотографиями сутулых пожилых саамов или восточных прибалтов смешанной крови, снятых полицейской фотокамерой.
Читатель сам волен сделать выводы относительно превосходства чистой германской расы.
В общую картину не укладывался, например, величайший писатель Швеции Август Стриндберг, который, по результатам исследования одного шведского расиста, оказался короткоголовым, что характерно для саамов. Но не бывает правил без исключений.

В то время невинного расизма были модны в Швеции конкурсы расовой чистоты: как должен выглядеть чистый швед, кто соответствует шведско-германскому расовому идеалу.
Всешведские конкурсы организовывала газета "Стокгольмс Дагблад", соревнования шли в несколько этапов в женской и мужской категориях. В жюри восседал, отвечая за строго научную сторону вопроса, крупнейший специалист Герман Лундборг. Несколько премий победителям выделила из своих средств писательница, лауреат Нобелевской премии Сельма Лагерлёф.

В 1926-ом году Институт расовой биологии проводит в Упсале всескандинавскую конференцию по проблемам расовой биологии и антропологии. А в 30-ом году на грандиозной выставке в Стокгольме, где представлены достижения и перспективы Швеции в различных областях, Институту расовой биологии отведено достойное место: при входе на выставку на стене площадью в 24 квадратных метра изображена огромная карта - это расовая карта Швеции, помещены фотографии различных расовых типов королевства, а также представлена наглядная картина зависимости происхождения и способностей человека, где помещены соответствующие данные о здравствующих выдающихся представителях шведской культуры. Стенд этот, где каждый экспонат говорил о чрезвычайной важности проблемы чистоты расы, представлял сам директор вверенного ему института Герман Лундборг.

В начале тридцатых годов, когда уже становится ясно, к чему идет дело в Германии, Лундборг переходит на откровенно нацистские позиции, сотрудничает в нацистских журналах. А шведское правительство, не ожидавшее такого поворота дел, резко снижает финансирование Института расовой биологии, а затем на смену Лундборгу приходит совсем иной человек.

У нашего микрофона снова профессор Гуннар Броберг.

- Всё начиналось грандиозно с этой инвентаризацией, но нельзя сказать, что дело было доведено до конца. Что же удалось институту - и это было уже под руководством человека, который сменил Лундборга, имя его Гуннар Дальберг - так вот Дальберг придал всему делу несколько иное направление: это изучение наследственных болезней. Институт сосредоточился именно на здоровье народа и выступал консультантом в этих вопросах.

- Вообще вся эта идея расовой биологии - конечно чрезвычайно мрачная глава в истории шведской медицины. За исключением пожалуй вот этой деятельности института, связанной с превентивными мерами против наследственных болезней.

- Однако не случилось того, что казалось бы можно было ожидать с окончанием второй мировой войны: что этот взгляд на человека, который определяется словами "расовая биология", будет признан ошибочным. Нет. В Швеции Институт расовой биологии под этим названием просуществовал до конца пятидесятых годов. Никакого критического пересмотра ни терминов, ни результутов деятельности отдельных ученых не произошло.

А какую роль, - спрашиваю я у профессора Гуннара Броберга, - играл Институт расовой биологии в печальной и трагической истории стерилизации в Швеции?

- Институт расовой биологии был консультативным учреждением. Мнение ученых института испрашивалось в этом вопросе, но вся работа по подготовке и введению законов о стерилизации в Швеции велась другими инстанциями.

- И можно отметить, что Институт расовой биологии не был активным в этом вопросе. Дальберг, пришедший на смену Лундборгу, человеку коричневого оттенка, ориентированному на нацистов, - Дальберг относился скептически к стерилизации, будучи уверенным, что таким образом нельзя исправить и вычистить плохую наследственность нации.

Но вопрос о стерилизации в Швеции - это уже тема для отдельной передачи, друзья. Мы расскажем об этом подробно в другой раз.

Наше эфирное время подходит к концу, в передаче о первом в мире (и, будем надеяться, последнем) государственном институте расовой биологии принимал участие историк, профессор Лундского университета Гуннар Броберг.
В передаче звучал голос моего коллеги Максима Лапицкого, подготовил и вел передачу из цикла "Рассказы из шведской истории" Сергей Карлов.

Повтор передачи, которая была в эфире 27 января 2002 года

Grunden i vår journalistik är trovärdighet och opartiskhet. Sveriges Radio är oberoende i förhållande till politiska, religiösa, ekonomiska, offentliga och privata särintressen.
Du hittar dina sparade avsnitt i menyn under "Min lista".